Прямой эфир

К сожалению, ваш браузер
не поддерживает
потоковое видео.

Попробуйте

установить Flash-плеер
Все новости Н.Новгород
Лента новостей 0:20 МСК
На борту разбившегося на Кубе самолета Ан-26 были военные Политика, Вчера, 23:33 Бой за титул чемпиона мира по боксу. Энтони Джошуа — Владимир Кличко Спорт, Вчера, 23:06 Военнослужащий США погиб в районе Мосула Политика, Вчера, 23:03 СМИ узнали о введении плана «Перехват» после стрельбы на юге Москвы Общество, Вчера, 22:15 На Кубе разбился пассажирский самолет Ан-26 Общество, Вчера, 21:45 Министр по Brexit назвал грядущие переговоры с ЕС «сложнейшими в жизни» Политика, Вчера, 21:32 Боевики ИГ ликвидировали лидера «Талибана» в Пакистане Общество, Вчера, 21:28 Мюнхенская «Бавария» стала чемпионом Германии по футболу Спорт, Вчера, 21:24 Власти Турции назвали причину блокировки «Википедии» в стране Общество, Вчера, 20:54 Путин выразил соболезнования главе Киргизии в связи с жертвами оползня Общество, Вчера, 20:21 Мария Шарапова потерпела первое поражение после дисквалификации Спорт, Вчера, 20:02 Полиция задержала пятерых подозреваемых в нападении на Варламова Политика, Вчера, 20:00 Путин назначил главу «Росатома» Лихачева членом набсовета «Роскосмоса» Бизнес, Вчера, 19:51 Москва прокомментировала размещение ПРО США в Польше и Румынии Политика, Вчера, 19:26 Пять человек погибли в результате ДТП в Липецкой области Общество, Вчера, 19:19 Полиция Петербурга отчиталась о прошедшей акции «Открытой России» Политика, Вчера, 19:08 «Открытая Россия» подвела итоги акции против нового срока Путина Политика, Вчера, 18:44 МИД России назвал условия возобновления соглашения по плутонию с США Политика, Вчера, 18:38 СМИ узнали про дело о халатности при теракте против инспектора метро Общество, Вчера, 18:23 Электричка столкнулась с бетономешалкой на Ставрополье Общество, Вчера, 18:18 МИД обвинил США и НАТО в курсе на «сдерживание» России Политика, Вчера, 17:52 Пострадавшие после пожара в Бурятии получат матпомощь по 10 тысяч рублей Общество, Вчера, 17:29 В Москве и Петербурге прошли акции «Открытой России». Фоторепортаж Фотогалерея, Вчера, 17:26 Сборная России проиграла второй матч подряд на Чешских хоккейных играх Спорт, Вчера, 17:13 Киев заявил об отказе Интерпола объявить Яценюка в розыск Политика, Вчера, 17:10 Себастьян Феттель выиграл квалификацию Гран-при России Спорт, Вчера, 16:48 Ле Пен и занявший пятое место Дюпон-Эньян создали коалицию Политика, Вчера, 16:46 Порошенко заявил об удачном испытании украинского ракетного комплекса Политика, Вчера, 16:34
Алик Якубович: "Мой Нижний Новгород уходит"
20 апр, 10:49
Алик Якубович: "Мой Нижний Новгород уходит"
Алик Якубович Фото: Михаил Солунин/РБК
Поэт и фотограф рассказал в интервью Руслану Станчеву о положительной стороне экономического кризиса, отсутствии желания рисковать у заказчиков рекламы, подходе к современной фотографии и плачевном состоянии Нижнего

Если говорить о рекламном рынке, то ощущаете ли вы экономический кризис? Коснулся ли он вас?

Коснулся, конечно – мне стало интереснее работать. Мы вернулись к неймингу, хотя это, казалось, было давно забыто, но к нам пошли заказчики на него. Вернулись к авторской иллюстрации, что особенно радует и дизайнеров, которые умеют рисовать руками, и меня, потому что мозги подключаются к этому проще. Будем пробираться через кризис.

Мы живём в цифровом мире – со всех сторон нас окружают потоки картинок: в социальных сетях, в телевизоре и т.д. Сохранилась ли в этой новой реальности важность старой доброй фотографии, её точность, элегантность? Или остались только похожие друг на друга стандартные клише?

Сейчас ситуация меняется, потому что люди поняли, что современная фотография, которую мы наблюдаем в Facebook и вообще в интернете, просто портит глаза. Люди стали вспоминать, что такое композиция, кто такие военные фотографы, которые рисковали жизнью и делали при этом композиционно выстроенные кадры. Время возвращается. Вроде ещё не все потеряли это зрение, ещё есть фотографы, которые "видят", чувствуют. Сейчас появилось немного интересных фотографов-"снайперов", но они снимают без отношения, то есть у них прекрасная композиция, прекрасный свет. И когда вы попадаете на подобные выставки, то слышите, как зрители говорят, что снимки "как в интернете". А есть такие люди, как Владимир Вяткин, который в Москве ведёт целую школу при МГУ. Он как раз воспитывает отношение к снимаемому объекту, к людям. Это важные вещи.

А как вы относитесь к тому, что с возможностью купить достаточно приличную технику и освоить Photoshop появилось слишком большое количество фотографов? Кого ни возьми, тот фотограф, стилист, дизайнер и др. Вот эта молодёжь, которая подросла и дышит в спину, девальвирует рынок и демпингует. Как вы "проживаете" конкуренцию с ними?

Как-то "проживаю". Самый заметный пример этого был у меня с депутатами. Когда депутаты пришли и сказали, что у тебя дорого, а потом прошли какие-то круги, вернулись и решили, что будут всё же делать у тебя. Просишь показать, что за фотографии им сделали. Они показывают – совершенно ненужные карточки, которые никуда не пойдут, но стоят в 3-4 раза дешевле. Слава богу, я работаю каждый день – делаю фотографии, тексты. Даже когда гуляю, я работаю. Поэтому пока держусь.

Мне кажется, что в современном мире, особенно в Нижнем Новгороде, идея и креатив значительно недооценены. Когда люди покупают, например, машину, то они понимают, что это набор гаек, железа, который едет. А вот сама идея, которая может сделать человека богатым, состоятельным, уважаемым, депутатом, в конце концов, вызывает мысль: "А почему я должен за это платить? Это же нельзя потрогать руками". Как вы думаете, когда наступит то время, когда заказчики будут понимать, что ценность идеи и её оплата должны быть справедливыми?

Мы должны быть готовыми к тому, чтобы "рожать" идеи. Потому что очень часто мы сами ведем такую политику: вы приходите, соглашайтесь на наши деньги, а мы вам "родим". Когда я поехал в Москву работать в "Атон", то уже по дороге придумал всё, что было принято за 2,5 часа. Поэтому меня тут же назначили креативным директором. Хотя я был далёк от инвестиционного рынка.

Я постоянно чем-то занят. Да, бывает, я устаю, а заказчики, порой, выматывают своим непониманием. Но, в целом, мне с ними везло, и они становились моими друзьями. Потому что в то время, когда мы начинали заниматься рекламой, то ничего в ней ещё не понимали. Тогда ко мне пришли люди и предложили сделать заказ, я ответил, что не разбираюсь в этом. Они же сказали, что раз я получил Гран-при на Kodak Master Class, то значит, понимаю больше всех. Это было очень смешно.

Потом мои друзья с Окского пищевого комбината предложили делать названия для водки. И тут я, вроде бы, тоже ничего не понимал, но мы сделали водку "Отдохни", которая жива до сих пор, потом были "Для души", "Русские картинки"… Было очень много сделано за семь лет, и мы остались друзьями.

А бывало ли так, что вы работали с заказчиком и понимали, что вас не слышат, что вам неприятен человек, потому что он с "понтами", и вы отказывались от заказа?

Да, такое бывало. Такое поведение встречается достаточно часто. Они говорят: "Ты же маэстро? Вот и делай!" Бывает, что они даже не могут прорубиться своими мозгами через техническое задание. Для них общение с креативным директором или с агентством – это что-то между машиной и чашкой кофе. В переходе они быстро смотрят какие-то письма и даже не включаются в процесс. Ещё им некогда встречаться. В таком случае лучше отказаться, потому что ни к чему хорошему это не приведет. Либо включать какие-то волевые качества, и "добивать" его, а иначе не пойдет.

Вы сказали, что работали в Москве в достаточно большой компании. Почему вы вернулись?

Мне очень тяжело в Москве. Там не пишутся стихи, тяжеловато снимаются фотографии. В 2006 году я вошёл в метро, и у меня появилось ощущение, что я вошёл в какой-то крематорий – столько было людей. В тот момент мы ещё выиграли негласный тендер у Артемия Лебедева по кулинарной книге заказчика из Москвы – его надо было делать в Нижнем. У меня параллельно с Москвой тогда было ещё нижегородское агентство, которое нам помогало.

Москва оказалась слишком шумной, динамичной и людной для вас? Такой "Город греха".

Я не сильно грешил, но у меня была хорошая зарплата.

Можно ли в часах, днях, годах и десятилетиях оценить отставание нижегородского рекламного рынка, например, от московского?

Лет 30, наверное. Мне так кажется.

Деньги все там, умные люди тоже уехали туда, а мы здесь на периферии доедаем остатки с барского стола, так получается?

В администрации Нижнего Новгорода был конкурс социальной рекламы. Те работы, которые прислали на него – это прямо 90-е. Было очень печально, и время на них было тратить жалко. При этом у нас есть очень хорошие ребята – и молодые, и взрослые, преподаватели, которые шарят в рекламе – мама, не горюй! И в то же время заказчик не способен иногда воспринимать этот уровень, он не хочет рисковать. Поэтому и отставание в 30 лет.

Современная реклама, на мой взгляд, стала слишком лакированной, абсолютно паркетной – в ней перед нами всегда идеальная семья, все покупают счастье, и политкорректность правит бал. А вот в "лихие" 90-е всё же была острота в рекламной подаче. Я уже молчу про мировых лидеров – там рекламные ролики всегда запоминаются и двигают человека принимать какие-то решения. А у нас один ролик похож на другой. Как вы думаете, с чем это связано? Это просто виток, или мы падаем?

Мы сейчас упадём до определённого уровня и начнём опять подниматься. Потому что, например, молодые люди уже не хотят заниматься такой рекламой, а уходят в интернеты, фейсбуки, где делают что-то непонятно хорошее и своё. Я это не понимаю, но очень приветствую. Сталкиваюсь с какими-то совершенно новыми идеями у иллюстраторов, смотрю, как в современном искусстве в Москве оценивают наших нижегородских ребят, как их приглашают участвовать в аукционах. То есть сил у нас предостаточно. А то, что заказчик пока не готов – это стабильная, стандартная ситуация, потому что в 90-е все были одного возраста, и заказчик был молодой. А теперь он подрос и уже не хочет рисковать.

Получается, что нам приходится бесконечно форматировать рынок, учить его, воспитывать. А в случае с вашими цитатами, которые висели на рекламных щитах в 2013 году – не слишком ли тонко получилось, на ваш взгляд? Хотя, многие об этом помнят.

Я считаю, что получилось хорошо. Например, мне часто звонили знакомые: "Стоим в пробке, читаем, и наше настроение улучшается". Я легко объясняю для себя эту историю. Вот есть Габриэль Гарсиа Маркес и его "Сто лет одиночества": там была болезнь, когда люди начинали забывать, что такое "любовь", что такое "мама", и стали писать на стенах "любовь – это…" Фактически, это то же самое. Там не было написано ничего сложного, а коротко сформулировано то, о чём многие думают. Когда люди увидели цитаты на рекламных щитах, мне позвонил один известный депутат и спросил, не собрался ли я баллотироваться в думу. Я ответил: "Спите спокойно, ни в какую думу я не собрался". Вот насколько сильной была реакция у людей – сразу начались странные вопросы.

Я думаю, что реклама должна быть разной, другой, нежели это бывает сейчас, она должна запоминаться. Если бы сейчас меня спросили, какой ролик мне понравился, я бы потерялся и начал копаться, скорее, в тех годах. А вот что теперь происходит, мне трудно вспомнить. Наверное, я просто выпал из этого рынка и не очень хочу его изучать. Если же мы что-то делаем, то делаем своё.

Хочу поговорить про фотографию. Я видел ваши работы, и они перекликаются с моей вялотекущей депрессией. Особенно то, что касается женщин и города. Вот если говорить о нём, то, что вы видите – это такой унылый нуарный чёрно-белый город. Вы, конечно, неоднократно говорили, что для вас в каждом месте есть Париж, но до Парижа нам в очень далеко. Скажите как гражданин, как человек, который видит особым взглядом, как вы оцениваете сейчас Нижний Новгород? Что с ним происходит?

Мой город уходит. Я жил в своём городе, который был невысоким и деревянным, с двориками, детскими площадками, бабушками на скамейках. Это был мой Париж 20-х годов, Америка 60-х годов. Я воспитан на такой фотографии, мне в ней было тепло и наплевать, что происходит дальше. Сейчас уже не наплевать, но, к сожалению, уже поздно. Я даже не успел снять, что было.

С городом творится беда – это всем понятно, и говорить тут не о чем. Надо не доводить это до конца и спасать то, что осталось. А то мой город пешеходный, а уже и ходить-то негде, получается. Я брожу своими тропинками, но сейчас даже машинам встать негде, не то что людям пройти. Это не очень хорошо.

Главная претензия всё же к власти или к самим нижегородцам? Или же это комплексная история: и власть всё слабее и слабее, и горожане всё хуже и хуже?

Претензии к тем и к другим. Власть, к сожалению, не бедствует. Вот бы она была, как при Борисе Немцове, когда был Крестьянинов, тот же Немцов. Тогда было как-то стыдно иметь столько денег. И мы тогда не понимали, что можно столько денег зарабатывать. А сейчас это стало до такой степени нормальным, что уже никого не возмущает. Не важно, может, и честным путём это всё заработано, но если ты у власти, то ты – отец, ты должен заботиться о своих! Ну нельзя же смотреть на всё это из окна автомобиля, который несется со страшной скоростью, нельзя так не любить свой город! Например, нельзя, чтобы зелёным был только Кремль. Или вот этой зимой я сломал рёбра и боялся ходить по городу, потому что разбиться было – как нечего делать.

Тут просто нечего добавить. Любого человека на улице спроси, он подтвердит. Но вернёмся к теме вашего творчества: фотографий, стихов. В России на сегодняшний день зарабатывают в основном такие писатели, которые занимаются "бульварным чтивом". Ничего плохого сказать не хочу, но бизнес там. А вот в вашем случае мне всё же кажется, что это не бизнес, а, скорее, увлечение, хобби? Или я ошибаюсь? Есть на сегодняшний день возможность это монетизировать?

Возможность есть. Удивительная ситуация: дело в том, что при моём тираже обязательно учитываются клиенты. Они берут у меня книги на подарки: один – 400 книг, второй – 600. Мы делаем для них специальную суперобложку, где указан логотип компании. И это покрывает стоимость тиража. Остальное – продаётся в магазинах, ещё где-то. И, в общем-то, это приносит пусть небольшую, но прибыль. По крайней мере, это оправдывает себя. Москва забирает какое-то количество, но не по магазинам, а тоже на подарки. Если честно, то плюсы есть. И это очень приятно.

С книгами понятно. А что с фотографией? Я знаю, что раньше у вас было много выставок. Что сейчас? Есть ли у вас в настоящий момент выставки, зритель? Где вы их находите? Наверное, не только в Нижнем Новгороде – мир-то большой. Насколько для вас важен этот контакт с людьми, которые оценивают ваши работы по достоинству?

Так получилось, что с фотографией я переселился в Москву. В 2016 году была выставка в Tennis Art Gallery – интересный проект с презентацией книги и каталогом. Была выставка вместе с Асей Феоктистовой в "Красном Октябре" в галерее Art Constantis – мы делали один и тот же объект, только она – с точки зрения живописи, а я – с точки зрения фотографии. А 21 апреля открывается моя персональная выставка в ЦДХ. Ещё Казань захотела устроить мою выставку – вероятно, это будет Художественный музей, и она будет посвящена мастерским художников: я занимаюсь этим проектом уже лет шесть очень серьёзно и плотно, потому что, как мне кажется, это уходит.

Вы делитесь вашим талантом, вашим взглядом, вашим опытом? Вы преподаёте где-то?

Иногда я читаю лекции в Русском музее фотографии и Нижегородской медиа-школе. Мне предлагали открыть свою школу, но я пока не готов. Думаю, когда я буду уже физически слаб, то сделаю школу о том, как заниматься творчеством, и не важно – фотографией или чем-то другим, ведь я буду учить людей гулять.

Скажите, сколько в Нижнем Новгороде может стоить фотография, сделанная фотографом вашего уровня?

Около 60 тыс. руб. И мы сейчас говорим о творческой фотографии, а не о заказной съёмке.

И таких прецедентов достаточное количество?

В Нижнем – нет. Но в Москве есть, и стоимость выше.