Лента новостей
Все новости Н.Новгород
Счетная палата раскритиковала техническую базу Росреестра Общество, 09:01 Умер актер из «Клана Сопрано» Винни Велла Общество, 08:47 Зимняя трасса: чем опасна и как по ней правильно ехать РБК и Haval​, 08:40 Аналитики зафиксировали рост экономии россиян на одежде и развлечениях Бизнес, 08:40 Здоровая еда и поношенная одежда: как меняется поведение потребителей Pro, 08:31 Сбившему толпу пешеходов в Мельбурне дали шесть пожизненных сроков Общество, 08:29 «История про свой угол мне неинтересна»: где хотят жить 25-летние Недвижимость, 08:27 Москва получила дотации из федерального бюджета впервые за шесть лет Экономика, 08:00 Новый рекорд: с начала года китайские компании заняли ¥1,07 трлн Quote, 07:56 На Камчатке бойцовая собака напала на беременную женщину Общество, 07:56 100-летняя история: от первой электробритвы до космических технологий РБК и Philips, 07:53 Молдавского олигарха заподозрили в выводе из России 37 млрд руб. Общество, 07:51 Эскроу-счета вместо дольщиков: в чем суть реформы долевого строительства Недвижимость, 07:42  За пять лет рост фармацевтического рынка сократился в шесть раз Общество, 07:35
Н.Новгород ,  
0 
Софья Исакова: "Динозавры" производства имеют запрос на "свежую кровь"
Директор HeadHunter в Поволжье рассказала Георгию Молокину о надеждах на новое поколение человеческих ресурсов, а также об изменениях в кадровой политике крупных работодателей
Софья Исакова (Фото: Михаил Солунин/РБК)

Может ли представитель крупнейшей в России площадки по поиску работы и сотрудников развеять пессимистические ощущения от состояния дел в отечественной экономике, в промышленности и видах на будущее? Создается впечатление, что мы разучились производить хорошее, что заводы никак не могут выбраться в нормальное состояние, что большие проблемы в архитектуре и строительстве наших городов. Вы видите в людях какие-либо точки прорыва?

Если каждый будет хорошо делать свое дело, мы, безусловно, достигнем нирваны.

Не будет – я сразу вас разочарую. Такого не бывает, чтобы все… Хотелось бы конкретных рецептов.

Моя надежда связана с подрастающим поколением. В определенной мере это подкрепляется тем, что мы видим сейчас, а именно – настроениями молодежи. Она практична, она ориентирована на личность, для нее важно не спасать мир и не тушить пожары, а менять мир к лучшему. Это ведет к глобальным изменениям.

У меня сложилось другое ощущение, что все молодые хотят быть менеджерами, сидеть за компьютерами, жить в виртуальном пространстве. На нашей грешной земле, в материальном мире столько нерешенных проблем, столько не сделано.

Негативные качества, которые мы видим в молодежи, сами же в них и посеяли. Стоит вопрос о том, что в них вкладываем сейчас, и что будем вкладывать дальше. Если говорить с ними о реальной пользе, о вещах, связанных с самореализацией и чувством собственной важности, то мы можем сподвигнуть их на что угодно.

Вы же не просто с молодежью общаетесь. Контактируете с людьми, претендующими на вакансии, на карьерные перспективы. Готовы сегодня молодые люди производить что-то своими руками, делать хорошие продукты?

Они способны и хотят этого. Они не готовы сидеть на одном месте, и все разговоры о том, что они находятся в виртуальном пространстве, уже устарели. Молодежь хочет делать что-то конкретное, видеть плоды своего труда и себя в этом труде. Им безразличны лозунги и бренды. Они склонны к разумному потреблению, стремятся к здоровью, чтобы получать полное впечатление от жизни и повышать ее качество. Поэтому-то именно они способны к конкретным делам.

Способны пойти на предприятие, работать расточниками, слесарями, токарями, производить качественные продукты электроники, машины и бытовую технику, то есть сделать то, что не сделали мы? Или их тренд – рациональная работа за компьютерами?

Нельзя говорить об огромной группе людей как об однородной массе. Кто-то и за компьютером создает некую ценность, есть и те, кто хочет и готов работать руками. Вопрос в том, чтобы показать, где они смогут это делать, и почему это нужно. В этом сейчас основной затык. С ними нужно разговаривать на их языке, их форматами, в тех каналах, где они находятся. Нынешние работодатели об этом либо не заботятся, либо пока не знают, как это правильно сделать. Но эта задача решаема.

То есть запрос работодателя должен идти на языке соискателя? Ваша компания участвует в решении этой задачи, и как ее решаете?

Безусловно, мы с этим работаем. Здесь нет проблемы – есть поле приложения сил. Если мы не будем этим заниматься, у нас не будет клиентов. Прежде, чем предлагать какие-либо услуги, мы объясняем, как правильно сделать. И те, кто пользуются нашими инструкциями, в результате получают эффект.

Вам удалось сбалансировать запрос и предложение в отношении молодых специалистов? Интересны примеры, когда молодые люди успешно вливаются в большие коллективы, и прежде всего на производстве.

Есть целый ряд таких производственных компаний, в том числе в Нижегородской области. В первую очередь, это предприятия с иностранным капиталом, компании, где хорошо простроены производственные процессы и управление персоналом. Такие работодатели очень быстро воспринимают наши инструкции, потому что они для них естественны. И молодежь к ним идет. На таких предприятиях, где высокая степень автоматизации, средний возраст персонала может быть 25 лет, что является полной противоположностью оборонным гигантам, где возраст сотрудников гораздо выше.

А у "монстров" вы видите желание решать новые технологические задачи с помощью молодежи, или они до сих пор живут объявлениями о вакансиях на заборе?

Желание есть. Есть очень позитивное ощущение от последних двух лет. Даже "динозавры" стали удивлять нас запросами на "свежую кровь" и грамотную работу с кадрами. Они хотят молодых, жаждущих развиваться, желающих что-то сделать. Тенденция как раз в том, что предприятия старой школы стали разворачиваться к соискателю.

Я снова о наболевшем. Есть ли перекос между желанием работать виртуально и деятельностью земной – заниматься благоустройством наших городов, подъемом промышленности, наведением порядка в инфраструктуре?

Перекос, о котором вы говорите, имел место 5-10 лет назад, когда мы имели бело не с новым поколением, а с переходным, то есть с теми, кто столкнулся с технологической революцией в период своего взросления, вход которых в мир гаджетов был чересчур интенсивным и глубоким. Нынешнее поколение, родившееся в период быстрого развития технологий, находится в балансе между электронными устройствами и реальными коммуникациями. Они действительно не хотят быть в виртуальном мире, а если и заходят в него, то для того, чтобы делиться плодами своего труда. Для них важны реальные вещи в реальном мире и при реальном общении.

Я бы аплодировал молодым силам, которые проявят свое недовольство и готовность к делам, чтобы в самом ближайшем будущем Нижний Новгород не производил столь удручающее внешнее впечатление. Но пока я этого не вижу. Сколько ждать, надеяться на поколения Y и Z?

Я думаю, в них есть силы, чтобы переломить ситуацию, но молодых пока нет среди людей, принимающих решения. Они пока только в роли наблюдателей, но пройдет десятилетие, уйдут последние представители поколения бэби-бумеров, и власть окажется в новых руках. Сейчас молодые хотят изменений для себя и своих семей, и главное – им не мешать.

А к тому времени новые руки постареют, превратятся из молодых в зрелых и снова не захотят ничего решать. Не только для себя и семьи, но для своего дома, города, страны.

В этих ребятах развиты несколько очень обнадеживающих качеств. Во-первых, они очень толерантны во всех смыслах: для них не имеет значения цвет кожи, пол, авторитет. Важна польза, когда они понимают, что улучшают и зачем, а также значимость этого для их круга общения – лайки в широком смысле слова. Эти качества надо задействовать и делать это уже сейчас. Пока они еще молоды, необходимо взращивать в них глобальные позывы, потому что пока я в них этого не вижу. С одной стороны, они – люди мира, для которых не существует границ, с другой – они локальны, а мое я и мой ближний круг находятся на первом месте

Граждане мира непременно захотят покинуть родную землю и оказаться в более благополучном месте. Разве нет?

Наша задача – показать им точки приложения усилий, и тогда их практичность сработает как раз на то, чтобы остаться. На другой конец света можно съездить для расширения кругозора и за новыми впечатлениями, а здесь есть возможность приложить усилия и получить результат. Если говорить о личном опыте, мой ребенок из множества предложенных мной вариантов выбрал Россию, поменяв только город. Причем дочь уезжает не столько от, сколько к, чтобы посмотреть, как может быть еще. Она очень осознанно и четко объяснила, что не готова оказаться в другой чуждой культуре. Зачем ей это, если она может быть полезна в своей? И она в этом абсолютно не уникальна. Похожие решения принимают многие представители ее поколения.